Проповеди | Завещание (Гал. 3:15-20)
Новые проповеди
Мои аудиозаписи

 

15 Братья! Говорю по рассуждению человеческому: даже человеком утвержденного завещания никто не отменяет и не прибавляет к нему.
16 Но Аврааму даны были обетования и семени его. Не сказано: «и потомкам», как бы о многих, но как об одном: «и семени твоему», которое есть Христос.
17 Я говорю то, что завета о Христе, прежде Богом утвержденного, закон, явившийся спустя четыреста тридцать лет, не отменяет так, чтобы обетование потеряло силу.
18 Ибо если по закону наследство, то уже не по обетованию; но Аврааму Бог даровал оное по обетованию.
19 Для чего же закон? Он дан после по причине преступлений, до времени пришествия семени, к которому относится обетование, и преподан через ангелов, рукой посредника.
20 Но посредник при одном не бывает, а Бог один.
 
     С чем можно сравнить Послание к галатам? У меня в воображении возникает образ магнита. Если вы хоть немного помните школьную программу, то должны знать, что у магнита два полюса: северный и южный. Один обычно обозначается красным цветом, другой синим. Один притягивает, другой отталкивает. Так и в Послании к галатам две темы: одна притягивающая, другая отталкивающая. Что «притягивает» Павел? Он притягивает Евангелие, Благую весть о спасении в Иисусе Христе. Что он «отталкивает»? Он отталкивает Моисеев закон. 
     Павел высказывает важную мысль: Моисеев закон и Евангелие Иисуса Христа, хотя и находятся в одной Библии, не могут находиться в одном сердце. Словно две стороны магнита, они противоположны друг другу. Если мы склоняемся к закону, то уходим от Евангелия. И наоборот: если мы живем Иисусом Христом, то для закона не остается места. Либо одно, либо другое.
     По аналогии с магнитом, нам нужно выбрать сторону: либо мы красные, либо синие; либо со Христом, либо с Моисеем; либо с благодатью, либо с законом. Совместить их нельзя, сочетать невозможно. «Вы, оправдывающие себя законом, остались без Христа, отпали от благодати», – пишет Павел (Гал. 5:4). 
     Но как ни хороша иллюстрация с магнитом, Павел ею не воспользовался. Сказалось отсутствие современного образования. Зато он приводит другую иллюстрацию, более понятную читателям того времени. 
 
     «Братья! Говорю по рассуждению человеческому: даже человеком утвержденного завещания никто не отменяет и не прибавляет к нему».
 
     Выражение «по рассуждению человеческому» означает, что сейчас Павел будет говорить с позиции обычного, мирского человека. Он будет пользоваться повседневной, житейской логикой. В предыдущем тексте он обращался к Писанию, процитировал целых шесть текстов из Ветхого Завета. А теперь говорит: Все настолько понятно и очевидно, что даже Писание не нужно. Даже человек, который не знает Писания, может это понять. Давайте подойдем с простой, человеческой точки зрения. Приведем пример, понятный всем. Что это за пример? Этот пример – завещание.
     Мой отец оставил мне в наследство малосемейку. Умирать он не собирался, но мама убедила его составить завещание, а потом живи хоть до ста лет. Пошли мы к нотариусу. Папа мой был нерешительный и, к тому же, плохо слышал. Я попытался помогать, но нотариус выставил меня за дверь и справился сам. Через год папа умер. И хотя он был человеком ненадежным, а под конец жизни опустился и спился, тем не менее его завещание никто не оспаривал. Потому что это была его последняя, заверенная нотариусом воля.
     В нашем тексте есть слово «утвержденное». По-другому оно переводится как «заверенное», то есть, составленное законным образом. Павел пишет галатам: Посмотрите! Завещание, составленное и заверенное в установленном порядке, никто не отменяет, никто не изменяет, никто не дополняет. Если человек решил распорядиться своим имуществом именно так, значит, так тому и быть.
     Да, – могли ответить галаты, – это мы понимаем, завещание неприкосновенно. Ну и что? Так вот же! – отвечает Павел – Авраам получил завещание от Бога! И отменить его или добавить к нему что-нибудь дополнительное никто не может!
 
     «Но Аврааму даны были обетования и семени его. Не сказано: «и потомкам», как бы о многих, но как об одном: «и семени твоему», которое есть Христос».
 
     Прочитав эти слова, я сразу заинтересовался, где Бог говорит Аврааму о «семени». Ответ: везде. На протяжении всего повествования об Аврааме в книге Бытие Бог снова и снова повторяет это слово: «семя». Правда, здесь нужно сделать одно важное пояснение. Во времена Павла древнееврейский текст Библии был мало распространен. По-древнееврейски умели читать не многие. Наверное, это было что-то вроде церковнославянского языка для нас. Абсолютное большинство евреев, особенно за пределами Израиля, читали Ветхий Завет в переводе на греческий язык. Этот перевод называется «Септуагинта». Он был выполнен где-то в III-II вв. до Р.Х. в Александрии. Выполнили его еврейские толковники, и он широко распространился по всей Римской империи. Когда появилась церковь, Септуагинтой стали активно пользоваться христиане. Ветхозаветные цитаты, которые мы видим в Новом Завете, – это цитаты из Септуагинты.
     Так вот, в Септуагинте когда Бог разговаривает с Авраамом, то слово «семя» там везде. Оно прямо-таки «мельтешит». Вот, для примера, несколько цитат:
     «И явился Господь Авраму и сказал: “Потомству твоему отдам Я землю эту”» (Быт. 12:7).
     «Всю землю, которую ты видишь, тебе дам Я и потомству твоему навеки» (Быт. 13:15).
     «В этот день заключил Господь завет с Аврамом, сказав: “Потомству твоему даю Я землю эту”» (Быт. 15:18).
     «И поставлю завет Мой между Мною и тобою и между потомками твоими после тебя в роды их, завет вечный в том, что Я буду Богом твоим и потомков твоих после тебя; и дам тебе и потомкам твоим после тебя землю, по которой ты странствуешь» (Быт. 17:7-8).
     Везде в этих текстах говорится о «семени» в единственном числе. Последняя цитата иронична. Павел в Послании к галатам подчеркивает: «не сказано: “и потомкам”», но наши переводчики перевели именно «потомкам». 
Можно, конечно, понять русских переводчиков. Слово «семя» во многих текстах словно не к месту, не звучит. «Потомкам» подходит больше. Вот текст, который они перевели буквально: «Я, благословляя, благословлю тебя и, умножая, умножу семя твое, как звезды небесные и как песок на берегу моря; и овладеет семя твое городами врагов своих; и благословятся в семени твоем все народы земли» (Быт. 22:17-18).
     Согласимся, слово «потомки» здесь подошло бы намного лучше. «Умножу потомков твоих», «овладеют потомки твои». Но это если речь идет действительно о потомках. Однако в том-то и соль, что Бог употребляет не более подходящее по смыслу слово «потомки», а именно «семя», в единственном числе. Вот! – пишет Павел – Бог имел в виду не многих потомков, а одного конкретного! Этот человек, это семя, умножит наследие Авраама. Это семя овладеет городами врагов. В этом семени благословятся все народы земли!
     Что же это за «семя»? Кто этот единственный и неповторимый? Это Христос! Это про Него. 
     Кто-нибудь может спросить, каким образом Бог заверил Свое завещание о благословении всей земли через семя Авраама. Это произошло в тот день, когда Авраам рассек животных и между ними прошел огонь (Быт. 15:17). Это было великое завещание, данное Аврааму и исполненное во Христе. Через него благословение Авраама пришло во все народы, включая и нас.
 
     Могло ли что-нибудь отменить это завещание? Могло ли что-нибудь быть добавлено к этому завещанию? Ответ в обоих случаях: Нет! Павел говорит: «Даже человеком утвержденного завещания никто не отменяет и не прибавляет к нему». Тем более Божье завещание невозможно отменить и невозможно дополнить. Когда четыреста тридцать лет спустя появился Моисеев закон, он не отменил завещания о Христе и не добавился к нему. 
 
     «Я говорю то, что завета о Христе, прежде Богом утвержденного, закон, явившийся спустя четыреста тридцать лет, не отменяет так, чтобы обетование потеряло силу. Ибо если по закону наследство, то уже не по обетованию; но Аврааму Бог даровал оное по обетованию».
 
     «Завет» в этом тексте буквально означает «завещание». Это то же самое слово, что и в пятнадцатом стихе – «человеком утвержденное завещание» (διαΘήκη – диатхЭкэ). То есть, закон не может отменить завещание.
     Давайте на минуту представим себе, как думали евреи. Они считали так: сперва Авраам получил прекрасное обетование о Спасителе Мессии, об удивительном благословении, которое придет на все народы. А потом пришел Моисей и сказал: Все это будет, но при одном условии. Вот вам закон, шестьсот тринадцать заповедей. Исполните их – и тогда придет Спаситель Мессия, и все будет хорошо. А не исполните – ничего не будет. Этакое «дополнительное соглашение к договору». Евреи так поняли, так приняли и так жили. Они и теперь так живут. Знаете, как современные иудеи объясняют тот факт, что Мессия до сих пор не пришел (по их мнению)? Они говорят: Мы не соблюдали закон, мы не исполняли заповеди, поэтому Мессия и не пришел. Надо усерднее стараться – и тогда придет. 
     Но тут вперед выходит опытный юрист Павел и говорит: Минуточку! Если бы с Авраамом был договор, то тогда стороны могли бы еще какие-то дополнительные соглашения заключать. Но с Авраамом был не договор, а завещание. Через Моисея был заключен договор, там был посредник, взаимное соглашение, все правильно. Но с Авраамом договор не заключался. Там не было никакого посредника. И даже сам Авраам в это время спал. Бог был один. Об этом говорится в последнем стихе нашего текста: «Посредник при одном не бывает, а Бог один». Это Павел доказывает, что там было именно завещание. Когда Бог обещал Аврааму Христа, там не было посредника, там был один Бог. Значит, это был не договор, а завещание. И никакие последующие договоры на это завещание повлиять не могут. 
 
     После завещания отца в моем «бумажном хозяйстве» появилось много разных договоров. Я подключался на мобильную связь, я продал мопед, купил машину. Много всего подписывал, заключал, расторгал. Но на завещание моего отца это никак не повлияло. Все мои договоры не отменили завещания и не добавили к нему никаких дополнительных условий. Завещание моего отца хоть и скромненькое, но незыблемое. 
     А тем более завещание Отца Небесного. Да, через четыреста тридцать лет после завета с Авраамом появился Моисеев закон. Был заключен договор между Богом и Израилем. Возникла такая необходимость. Но на приход Христа, на появление Церкви, на Божье благословение для всей земли это никак не могло повлиять. Как говорят: «Мухи отдельно, котлеты отдельно». Моисеев закон не связан со спасением. Он не связан с благодатью. Не связан с Божьим обещанием о Христе.
 
     Джон Стотт поясняет:
     «Обетование провозглашает религию Бога – Божий замысел, Божью благодать, Божью инициативу. Закон же провозглашает религию людей – человеческий долг, человеческие дела, человеческую ответственность. В обетование (выражение Божьей благодати) нужно было только поверить. Но закону (отражению человеческих дел) нужно было повиноваться. С Авраамом Бог говорил в таких категориях, как “обетование”, “вера”, “благодать”. С Моисеем же категории были иными: “закон”, “заповеди” и “дела”».
 
     Но если закон не связан со спасением и благодатью, так с чем же он связан? Он связан с преступлениями. Павел пишет:
 
     «Для чего же закон? Он дан после по причине преступлений, до времени пришествия семени, к которому относится обетование, и преподан через ангелов, рукой посредника».
 
     Что значит «по причине преступлений»?
     Возможны два варианта и, вероятно, оба правильные: 
     - Чтобы сдерживать преступления. Закон предусматривал систему наказаний за разные грехи. Да еще и сулил Божье проклятие и суровое воздаяние. Зная об этом, человек боялся грешить.
     - Чтобы обличать в преступлениях. Читая закон, люди понимали, что грешны. Иаков сравнивает закон с зеркалом. А зеркало отражает все изъяны нашей внешности, грязь, если мы вымазались, а с утра еще всклокоченные волосы, опухшие глаза и недовольное выражение лица – все то, чего нам видеть не хочется. Закон показывает нашу греховность и, благодаря этому, мы понимаем, как много значит Христос.
 
     Обратите внимание еще вот на что. Кроме причин появления закона, Павел указывает еще и срок действия закона. Как на продуктах часто указывают срок годности, так и Павел указывает срок действия закона. До какого времени годен закон? «До времени пришествия семени, к которому относится обетование», то есть до Христа. После Христа Моисеев закон утратил свои полезные свойства и больше не нужен.
 
     Но почему бы не использовать закон против преступлений в наше время?
     Потому что Христос предложил лучший путь. Закон ставил заборы для греховного сердца. Христос изменил само это сердце, так что заборы уже не нужны. Закон был стражником, приставленным к преступнику-рецидивисту. Христос изменил преступника, так что ему уже не нужен приставник. Закон был зеркалом, которое отражало наши пороки и недостатки. Христос сделал нас прекрасными, так что нам уже не нужно зеркало. Некоторые женщины могут сказать: Если мы теперь прекрасны, так хочется же полюбоваться. Однако нет, мы любуемся Христом. Он прекраснее сынов человеческих, благодать излилась из Его уст.
 
     Увы, многим христианам страшно отказаться от Моисеева закона. Не могут они на это решиться. Еще от какой-то части, например, кошерной диеты или от обрядовой чистоты – ладно, но весь закон… Он слишком большой и слишком строгий… На этот счет Мартин Лютер дает совет. Если закон начинает смущать вашу совесть, говорите ему так:
     «Господин Закон (Herr Gesetz), вы пришли не вовремя, уже слишком поздно. Оглянитесь назад: если бы вернуться обратно на эти четыреста тридцать лет, вы могли бы прийти. Но теперь уже поздно, ибо обетование опередило вас на четыреста тридцать лет – обетование, с которым я согласился и на которое я спокойно опираюсь. Так что вы ничего не можете сделать со мною. Я не слышу [не слушаю] вас. Я живу после Авраама-верующего, или скорее – после явления Христа, Который отменил и упразднил вас».
 
     С чем еще можно сравнить Моисеев закон?
     - С ограждениями. Пример – Девичья башня в Баку. Там по всему периметру стеклянные ограждения. Для чего они? Чтобы никто случайно или нарочно не последовал примеру древней азербайджанской принцессы. Они добавлены для безопасности.
Но Христос, когда пришел, дал нам крылья. Мы теперь не боимся высоты. И нам не нужны перила. Даже если нас столкнуть, мы не упадем. 
     - С нянечкой, которая присматривает за детьми на прогулке. Она следит, чтобы они себе не навредили и не потерялись. Так и Моисеев закон. Он следил, чтобы люди сами себе не навредили. Хотя они все равно умудрялись, как те же дети на прогулке.
А когда пришел Христос, мы стали взрослыми. Нам уже не нужна нянечка. Мы самостоятельны. Мы можем сами контролировать себя.
     - Со спасательным жилетом. Согласно закону, если вы плывете в лодке или на плоту, на вас обязательно должен быть спасательный жилет. И это разумная мера, особенно учитывая, что наши сограждане, оказываясь на воде, считают своим долгом выпить. 
     Но когда пришел Христос, Он научил нас ходить по воде или, если хотите, плавать как рыб. Нам больше не нужен спасательный жилет. Мы не можем утонуть. Жилет нам будет только мешать. 
     Оставьте закон, – говорит Павел. Он был полезен в свое время, но теперь он уже сослужил свою службу. Отправьте его на заслуженный отдых.
 
     Применение
 
     Ценить благодать
     Недавно я решил разобрать хлам в подвале. Там действительно был сущий хлам. Например, старые, стоптанные ботинки и сапоги, которые я планировал надевать на огород. Обрезки старой, лакированной мебели шестидесятых-семидесятых годов, из которых я думал что-нибудь сделать. На меня прямо-таки накатила волна из начала девяностых. Я вспомнил, как тогда было трудно. Я не хвалю нынешнюю власть и четко понимаю многие ее недостатки. Но после развала Советского Союза было реально плохо.
     Так вот, я призываю вас перечитывать Моисеев закон как напоминание, как было трудно тогда и какая благодать дана нам сегодня. 
     Почти весь хлам из подвала я вынес и выбросил в мусорный контейнер. Моисеев закон нам не нужно выбрасывать. Сохраним его, но не для того, чтобы исполнять, а для того, чтобы сознавать, какую особенную милость оказал нам Господь в Иисусе Христе. На фоне закона Его завещание сияет особенно ярко. Как бриллиант на черном бархате. Давайте ценить благодать.
 
     Занять четкую позицию
     Есть поговорка: «И волки сыты, и овцы целы». Так описывается самый благоприятный исход, когда всем хорошо и все довольны. Но мы понимаем, что так невозможно. Если есть только волки и только овцы, то остаться должны либо те, либо другие. Так и в нашем случае с законом и благодатью. Невозможно жить и по закону, и по благодати. Невозможно следовать и за Моисеем, и за Христом. Нам нужно оттолкнуться от одного конца этого магнита и прилепиться к другому. Иначе не будет ни того, ни другого. Если мы будем гоняться за двумя зайцами, то не поймаем ни одного. 
 
     И хочется закончить на позитивной ноте. Мы слишком много говорили об одном полюсе этого «магнита», то есть, о законе. Давайте скажем несколько слов о спасении и благодати. Хочется привести цитату Мартина Лютера:
     «Мы исповедуем и повторяем в Символе веры: “Верую во Иисуса Христа, Сына Божия, страдавшего, распятого и умершего за нас”. Это учение — самое радостное и утешительное из всех. Оно говорит, что мы имеем неописуемую и неизмеримую милость и любовь Божию. Когда милостивый Отец увидел, что Закон угнетает нас, что мы находимся под клятвою и никак не можем освободиться, Он послал Своего Сына в мир, взвалил все грехи людей на Него и сказал Ему: “Стань отступником Петром, преследователем, богохульником и насильником Павлом, прелюбодеем Давидом, грешником, съевшим яблоко в Раю, разбойником на кресте. Прими сущность всех людей, на которой лежат все грехи. И знай, что тебе придется заплатить за них…
     Посему давайте с благодарностью и уверенностью примем это учение, столь прекрасное и исполненное утешения, гласящее, что Христос сделался клятвою вместо нас, грешником, заслуживающим гнева Божия, что Он облачился в нас, возложил наши грехи на Свои плечи и сказал: “Я совершил грехи, которые совершили все люди”.
 
     Этим чудесным обменом он взял на Себя нашу греховность и даровал нам Свою невиновность и победу…
     Когда Он в нашем облике понес грех всего мира, был пленен и пострадал, был распят и умер – Он сделался проклятием за нас. Но поскольку Он был божественною и вечною личностью, смерть не могла удержать Его. И потому Он воскрес в третий день и теперь живет вечно — ни греха, ни смерти, ни нашей сущности в Нем больше нет, а есть только праведность, жизнь и вечное блаженство». 
 
ФайлЗагрузить: Завещание (Гал. 3:15-20)

Размер файла: 26 400 Кб

Загружено: 10