Проповеди | Агония (Мк. 14:17-50)
Новые проповеди
Мои аудиозаписи

 

17 Когда настал вечер, Он приходит с двенадцатью.
18 И когда они возлежали и ели, Иисус сказал: «Истинно говорю вам, один из вас, едящий со Мной, предаст Меня».
19 Они опечалились и стали один за другим говорить Ему: «Не я ли?»
20 Он же сказал им в ответ: «Один из двенадцати, обмакивающий со Мной в блюдо.
21 Впрочем, Сын Человеческий идет, как написано о Нем, но горе тому человеку, которым Сын Человеческий предается: лучше было бы тому человеку не родиться». 
 
22  И когда они ели, Иисус, взяв хлеб, благословил, преломил, дал им и сказал: «Примите, ешьте; это тело Мое».
23 И, взяв чашу, благодарив, подал им; и пили из нее все.
24 И сказал им: «Это кровь Моя нового завета, за многих проливаемая.
25 Истинно говорю вам: Я уже не буду пить от плода виноградного до того дня, когда буду пить новое вино в Царстве Божьем».
26 И, воспев, пошли на гору Елеонскую. 
 
27  И говорит им Иисус: «Все вы соблазнитесь обо Мне в эту ночь, ибо написано: „Поражу Пастыря, и рассеются овцы“.
28 По воскресении же Моем Я предварю вас в Галилее».
29 Петр сказал Ему: «Если и все соблазнятся, но не я».
30 И говорит ему Иисус: «Истинно говорю тебе, что ты ныне, в эту ночь, прежде нежели дважды пропоет петух, трижды отречешься от Меня».
31 Но он еще с большим усилием говорил: «Хотя бы мне надлежало и умереть с Тобой, не отрекусь от Тебя». То же и все говорили. 
 
32  Пришли в одно место, называемое Гефсимания; и Он сказал ученикам Своим: «Посидите здесь, пока Я помолюсь».
33 И взял с Собой Петра, Иакова и Иоанна; и начал ужасаться и тосковать.
34 И сказал им: «Душа Моя скорбит смертельно; побудьте здесь и бодрствуйте».
35 И, отойдя немного, пал на землю, и молился, чтобы, если возможно, миновал Его час сей;
36 и говорил: «Авва, Отче! Всё возможно Тебе; пронеси чашу сию мимо Меня; но не чего Я хочу, а чего Ты».
37 Возвращается, и находит их спящими, и говорит Петру: «Симон! Ты спишь? Не мог ты бодрствовать один час?
38 Бодрствуйте и молитесь, чтобы не впасть в искушение: дух бодр, плоть же немощна».
39 И, опять отойдя, молился, сказав то же слово.
40 И, возвратившись, опять нашел их спящими, ибо глаза у них отяжелели и они не знали, что Ему отвечать.
41 И приходит в третий раз, и говорит им: «Вы всё еще спите и почиваете? Кончено, пришел час: вот предается Сын Человеческий в руки грешников.
42 Встаньте, пойдем; вот приблизился предающий Меня». 
 
43  И тотчас, пока Он еще говорил, приходит Иуда, один из двенадцати, и с ним множество народа с мечами и кольями – от первосвященников, и книжников, и старейшин.
44 Предающий же Его дал им знак, сказав: «Кого я поцелую, Тот и есть, возьмите Его и ведите под надежной стражей».
45 И, придя, тотчас подошел к Нему и говорит: «Равви! Равви!» – и поцеловал Его.
46 А они возложили на Него руки свои и взяли Его.
47 Один же из стоявших тут извлек меч, ударил раба первосвященника и отсек ему ухо.
48 Тогда Иисус сказал им: «Как будто на разбойника вышли вы – с мечами и кольями, чтобы взять Меня.
49 Каждый день был Я с вами в храме и учил, и вы не брали Меня. Но да сбудутся Писания».
50 Тогда, оставив Его, все бежали.
 
     Я не раз слышал, читал в книгах и видел в фильмах, что некоторые люди предчувствуют свою смерть. Она словно накладывает на них свой отпечаток. Например, на войне перед боем некоторых солдат охватывает непонятная тоска. Они впадают в задумчивость, а порой прямо говорят, что скоро погибнут.  И действительно, завязывается бой – и те, кто предчувствовал смерть, погибают. Боевые товарищи поначалу не обращают на это внимания, но потом вспоминают, что этот человек знал, что умрет.
     Подобным образом ведет Себя Христос в последний вечер Своей земной жизни. Ученики не могли этого не заметить. Господь часто вел Себя непредсказуемо, но в тот вечер Его поведение было настолько непривычным и трагическим, что любой должен был обратить на это внимание.
     Более того, Христос словно нарочно хотел привлечь к Себе внимание. Он снова и снова заговаривал с учениками о трагических событиях, которые произойдут очень скоро, буквально через несколько часов.
     Марк представляет, можно сказать, семь эпизодов, семь обращений Христа к ученикам. Каждый последующий сильнее предыдущего.
     Началось с того, что во время вечери Иисус сказал: «Истинно говорю вам, один из вас, едящий со Мной, предаст Меня». Это короткое предложение оглушает, словно удар по голове. «Истинно говорю вам» – слова особой важности.  «Один из вас» – то есть, один из учеников Христа. «Едящий со Мной» – были и другие ученики, и чтобы не подумали про них, Он уточнил, что именно один из этих двенадцати. И дальше оглушительное – «предаст Меня». Неудивительно, что это сообщение произвело шок и растерянность среди учеников.
     Затем наступил торжественный момент. Христос взял лепешку, благословил, разломил, раздал ученикам и сказал: «Примите, ешьте; это тело Мое». А потом пустил по кругу чашу со словами: «Это кровь Моя нового завета, за многих проливаемая. Истинно говорю вам: Я уже не буду пить от плода виноградного до того дня, когда буду пить новое вино в Царстве Божьем».
     Как разламывается хлеб, так будет разрываться Его плоть. Как льется вино, так будет литься Его кровь. И снова эти страшные слова: «Истинно говорю вам…» Что на этот раз? «Я уже не буду пить от плода виноградного». То есть, это последнее вино, которое Он пьет на земле. Все случится не просто скоро, а совсем скоро.
     Вот, они выходят из дома, направляются к Елеонской горе, и Христос говорит: «Все вы соблазнитесь обо Мне в эту ночь, ибо написано: „Поражу Пастыря, и рассеются овцы“». Здесь сразу два сообщения. Во-первых, все ученики соблазнятся. Не просто один из них Его предаст, а все они соблазнятся, то есть, потеряют веру в Него, разочаруются в Нем, уйдут от Него. Вы замечаете, что каждое последующее сообщение Христа шокирует все больше. И, во-вторых, ученики услышали знакомые им с детства слова пророка Захарии: «Поражу Пастыря». Совсем недавно Христос говорил о Себе: «Я – Пастырь добрый», а теперь это страшное слово: «Поражу». Оно означает «нанести сильный удар», как правило, оружием. То же слово употребляется позже, когда Петр ударил мечом раба первосвященника и отсек ему ухо. Или Стефан в Деяниях употребляет то же слово, когда говорит, что Моисей ударил египтянина и убил его.
     Идем дальше. Иисус с учениками приходят в Гефсиманию. «И взял с Собой Петра, Иакова и Иоанна; и начал ужасаться и тосковать». Христос уже не просто говорит, Он ведет Себя как человек, которому очень плохо. Меня от этих слов, с одной стороны, охватывает трепет, а с другой, любопытство. Как это выглядело? Как выглядел мой Господь, когда ужасался и тосковал перед учениками? Это редкие слова. В Библии они почти не встречаются. Слово «ужасаться» есть только в Евангелии от Марка. А «тосковать» – еще в параллельном тексте Матфея и в Послании к Филиппийцам, где Епафродит «тяжко скорбел». В словаре слово «тосковать» (αδημονειν – адэмонЭйн) переводится как «волноваться, мучиться, терзаться, быть расстроенным, душевно подавленным». Он никогда Себя так не вел. Должны были ученики обратить на это внимание? Разумеется! Этого нельзя было не заметить.
     «И сказал им: «Душа Моя скорбит смертельно; побудьте здесь и бодрствуйте». Еще страшные слова. Что значит «скорбит смертельно»? Буквально это означает, что Христос мучается так, как мучается человек перед смертью. Умирающие люди как правило чувствуют себя очень плохо. Им страшно, они охвачены отчаянием, у них тяжело на душе. Господь говорит: «Мне так плохо, словно Я умираю».
     И здесь Господь впервые в жизни просит у учеников помощи и поддержки. «Побудьте здесь и бодрствуйте». После этого Он отходит «немного», по словам Луки, на расстояние брошенного камня, и начинает молиться. «Авва, Отче! Всё возможно Тебе; пронеси чашу сию мимо Меня; но не чего Я хочу, а чего Ты». Это молитва крайнего отчаяния. Как вы думаете, слышали ученики слова Его молитвы? Наверняка, да, потому что они записаны у нас в Евангелиях. Как бы ученики их узнали, если бы не услышали? 
     И, наконец, Он три раза приходит к ним и каждый раз будит их. ««Симон! Ты спишь? Не мог ты бодрствовать один час? Бодрствуйте и молитесь, чтобы не впасть в искушение: дух бодр, плоть же немощна»… И приходит в третий раз, и говорит им: «Вы всё еще спите и почиваете? Кончено, пришел час: вот предается Сын Человеческий в руки грешников»».
 
     Казалось бы, от того, что происходило в тот вечер, камни должны были возопить, настолько интенсивным было страдание Христа, настолько горькими были Его слова, настолько мучительна агония. Но посмотрим, как ведут себя ученики. И здесь все прямо противоположно. Апостолы удивительно равнодушны. Они словно не видят, что происходит с их Учителем. Он едва ли не умирает у них на глазах, а они ведут себя, словно ничего не происходит.
     
     27 августа 2018 года на оживленной улице Витебска умер человек. Никто из прохожих или водителей не попытался оказать ему помощь. Подошла только одна девушка по имени Дарья. "Я шла по улице и увидела, что на трамвайной остановке, прямо на бетонных плитах, лежит человек. Сначала подумала, что, может быть, он упал пьяный и ударился, тем более что рядом спиной к нему стоял мужчина и курил. Но через минуту все-таки решилась и подошла".
     По словам девушки, вместе с ней подошли еще две женщины, они спросили мужчину, который стоял рядом, что произошло, однако тот не ответил. И лишь минут через пять, когда стали собираться люди, он рассказал, что не знает человека, который лежит на остановке, просто тот шел сзади и упал.
     Лежавший не производил впечатления пьяницы: на вид ему было около 65 лет, аккуратно одет, с зонтом. Девушка попыталась прощупать пульс, но ей это не удалось, хотя мужчина пытался вдохнуть и выдохнуть.
     Женщины позвонили в скорую, описали ситуацию, им ответили, что вызов принят, и, не посоветовав, как помочь, положили трубку. Скорая приехала минут через двадцать, без маячков и не спеша. Медики констатировали смерть. 
     «Вишенка на торте»: эта девушка – не витебчанка. Она приехала в Витебск с Кипра, на время. Если бы не она, то не известно, когда подошли бы свои.
     Мне не хочется говорить плохое о своих соотечественниках, но, думаю, мы согласимся, что подобное равнодушие у нас скорее норма, чем исключение. Однако даже для нас ученики Христа ведут себя удивительно безразлично. Они похожи на людей, которые ничего не понимают, не сознают. Словно им ввели какие-то транквилизаторы или седативные препараты. Им говорят, что приближается катастрофа, а они не слышат. Господь словно бьет их по щекам Своими словами и поведением, а они не могут ничего сказать.
     С каждым разом слова Христа все отчаяннее, Его чувства все интенсивнее. А с учениками все наоборот. Если вначале они еще как-то реагируют, то чем дальше, тем их реакция все больше притупляется.
     Вначале Христос сказал: «Один из вас предаст меня». И они еще реагируют. Начинают оглядываться друг на друга. Спрашивают Его: «Не я ли?» Это еще, вроде как, ничего. Они, по крайней мере, что-то воспринимают. Однако и здесь уже не все хорошо. Наш синодальный перевод не совсем точен. В нем ученики спрашивают: «Не я ли?» А буквально в греческом тексте они говорят: «Ведь не я?» Господи, подтверди, что это не я! Ведь я же не могу Тебя предать! Это же не я, правда? Они еще принимают, что кто-то может предать, «но уж точно не я».
     После этого Господь говорит: «Все вы соблазнитесь о Мне в эту ночь». И они дружно начинают заверять Его, что нет, ничего подобного никогда не случится. Особенно выделяется Петр: «Если и все соблазнятся, но не я». И тогда Иисус сказал ему страшные слова: «Истинно говорю тебе, что ты ныне, в эту ночь, прежде нежели дважды пропоет петух, трижды отречешься от Меня». Он говорит так, словно впечатывает каждое слово. И что же Петр? «Хотя бы мне надлежало и умереть с Тобой, не отрекусь от Тебя» То же и все говорили. 
     От недоумения и уточняющих вопросов «Ведь это же не я?» ученики переходят к полному отрицанию. Они отказываются верить Христу, перестают воспринимать Его всерьез. И затем в Гефсимании, когда Он ужасается и тоскует, когда от Его молитв, казалось, плачут многолетние оливы, и у Него Самого в агонии вместе с потом на лице выступает кровь, они спят. 
     Вначале вместо того, чтобы проверять свое состояние, они хотели удостовериться, что это не они предатели. Затем вместо того чтобы насторожиться, они убеждали Христа, что не бросят Его. А теперь вместо того чтобы бодрствовать и молиться, они заснули.
     Дальше события стали разворачиваться лавинообразно. Появилась толпа с мечами и кольями. И, конечно, ученики оказались совершенно не готовы. Вначале они проявили мальчишескую браваду. Кто-то из них (мы знаем, что это был Петр, хотя Марк и не говорит) выхватил меч и отрубил ухо одному из пришедших. Но героизма хватило ненадолго. Через минуту они все побросали и разбежались. И Петр, который еще тайком следовал за Ним, действительно трижды отрекся и притом очень позорно. 
 
     В начале войны многие молодые люди записывались добровольцами на фронт. Это часто представляют как особый героизм. На самом деле картина была несколько другой. Перед войной советская пропаганда внушила людям, что СССР непобедим, и любая война будет быстрой и победоносной. Практически все, особенно молодые люди, в это свято верили. Только вспомните предвоенные песни! «Веди, Буденный, нас скорее в бой!», «Красная Армия всех сильней». «Если завтра война, если завтра в поход…». «А если к нам полезет враг матерый, Он будет бит повсюду и везде! Тогда нажмут водители стартеры И по лесам, по сопкам, по воде... Гремя огнем, сверкая блеском стали, Пойдут машины в яростный поход, Когда нас в бой пошлет товарищ Сталин И Ворошилов в бой нас поведет!»
     Задуренные такой пропагандой, эти зеленые мальчишки спешили поскорее на призывные пункты. Они верили, что через несколько дней немцев разобьют, и они могут не успеть, и не получат медалей. А на фронте их ждал ад, к которому они были совершенно не готовы. И их тысячами убивали, захватывали в плен и угоняли в концлагеря, травили в камерах и сжигали в печах.
     Так и ученики. Они пребывали в каком-то странном состоянии. Христос всем Своим видом, всеми словами и всем существом показывал, что впереди катастрофа. А они бравадились, самоуверенные и непонятливые. И тем больнее было им падать.
 
     Я читаю это и передо мной снова встает старый вопрос: Почему? Почему они были такие непонятливые, бесчувственные и забывчивые? Причина все та же. На протяжение всего своего Евангелия Марк снова и снова повторяет эту мысль: «Сердце их было окаменено».
     Они не понимали притч Христа и постоянно обращались к Нему за разъяснениями. Они не понимали, Кто такой Иисус, и поэтому спрашивали друг друга: «Кто же Сей, что и ветер и море повинуются Ему?». Они не вразумлялись чудесами Христа и поэтому чрезвычайно изумлялись в себе и дивились. Он говорил им беречься фарисейской закваски, а они думали о хлебе. Он говорил им, что умрет и воскреснет, а они не понимали этих слов и спрашивали друг друга: «Что значит воскреснуть из мертвых?»
     Зато они были сильны в другом. Они спорили, кто из них больше. Они хотели сесть по правую и левую сторону будущего престола Христа. Они запрещали тем, кто не ходил за ними, совершать чудеса Его именем. Они осуждали Марию, которая помазала Его драгоценным миром. 
     Ученики Христа напоминают мне израильтян в пустыне, которые так много видели, но так ничего и не поняли. Они напоминают мне членов нашего кооператива. У нас выбрали нового председателя, молодую женщину. Дружелюбная, доброжелательная. Опять же, «новая метла по-новому метет», старается. Но к ней постоянно претензии, обвинения, оскорбления... И почти всегда без причины. 
     А еще ученики напоминают мне меня. Оглядываясь на свою жизнь, я вижу историю удивительного терпения, милосердия и любви Иисуса Христа ко мне. Это, как писал Павел, «богатство благости, кротости и долготерпения Божия» (Рим. 2). И в то же время я вижу, каким был непонятливым, бесчувственным и забывчивым. Когда возникала опасность, я часто малодушествовал и убегал. Когда нужно было постоять за истину моего Спасителя, я улыбался и шел на компромисс. Когда нужно было бодрствовать и молиться, я спал. Когда другим была нужна моя помощь и поддержка, я их не оказывал. 
     И еще оправдания себе придумывал. Свою трусость оправдывал тем, что нужно быть дружелюбным, искать мира и стремиться к нему. Свою бесчувственность оправдывал тем, что устал, и так нервы не в порядке. 
     Зато когда Господь давал мне успех, я тут же задирал нос. Когда Он меня благословлял, я тут же считал себя лучше других. А когда Он меня обличал, я не хотел слушать.
     Это жестокосердие. Это наша общая болезнь. Мы все такие. Марк хотел, чтобы, читая этот текст, мы увидели себя и ужаснулись. Чтобы воскликнули вместе с Исаией: «Горе мне!» Чтобы повторили вслед за Павлом: «Бедный я человек!»
 
     И тем не менее в этом отрывке заключена огромная надежда. 
     Как вы думаете, знал ли Христос сердца учеников? Конечно. А когда Он их узнал? Когда познакомился? Когда воскликнул: «О, род неверный, доколе буду с вами? Доколе буду терпеть вас?» Или, может быть, Он узнал их в Гефсимании, когда они вповалку уснули? Нет, он их узнал еще до создания мира. Все их жестокосердие и окаменение, вся их самоуверенность и гордость, вся их бестолковость и бесчувственность как на ладони были перед Его всепроникающим взором. 
     И тем не менее он их полюбил. Ради них Он стал человеком, пришел на землю и отдал Себя на страшную смерть. И вопреки всему жестокосердию избрал их, призвал, оправдал и прославил.
 
     Применение.
 
     Благодарность за Божье терпение, великодушие и милость. Вероятно, нам всем приходилось иметь дело с медлительными, забывчивыми или недалекими людьми. Мы знаем, как они нервируют и как с ними трудно. Небесный Отец постоянно сталкивается с нашей медлительностью, забывчивостью и, главное, жестокосердием. Какие чувства это в Нем вызывает? «О несмысленные и медлительные сердцем!» – воскликнул однажды Христос. И тем не менее Он продолжает нас любить, терпеть и миловать. И самый правильный отклик с нашей стороны – это благодарность.
     
     Смиренное отношение к себе. Давайте почаще напоминать себе, что мы далеко не такие хорошие, как о себе думаем. Мы все обманываем себя. Мы все о себе лучшего мнения, чем есть на самом деле. Как ученики говорили Христу: «Ведь это же не я», так и мы думаем, что другие жестокосердные, но мы-то нет! Все раздражают Бога, но мы ведь не такие! К сожалению, самые самоуверенные, как правило, оказываются и самыми проблемными.
 
     Преодоление жестокосердия. Нам нужно бороться с собой, побеждать себя. Сегодня к нам обращены слова Христа: «Бодрствуйте и молитесь». 
     Моя знакомая, парализованная художница Люба Руснак пишет картины, держа кисть в зубах. У нее совершенно непослушное тело. Но она борется с собой, преодолевает себя. А мы христиане… Возрожденные и имеющие Святого Духа. Мы не можем победить себя и уделить полчаса в день для общения с Богом. Преодолеть свою лень и не пропускать собраний в церкви. Отложить земные заботы и отделить время на служение. Христианская жизнь – это жизнь дисциплины. Павел говорил: «Я… усмиряю и порабощаю тело мое». 
     
     Если мы действительно ученики Христа, то давайте приложим это к своему сердцу.
ФайлЗагрузить: Агония (Мк. 14:17-50)

Размер файла: 17 600 Кб

Загружено: 35